Пролог

Императорский долг достойно воспитать Империю; достойно пройти свой путь и достойно передать его своему приемнику, дабы тот повторил твой путь.

Императорский долг достойно уйти.

Императорский долг достойно прожить.

Императорский долг…убить себя, вырвав свое сердце народу, освещая им путь.

— Полный бред, - расхохотался наследный принц на смертном одре старого Императора, прослывшего в Империи, как Великого Сердца Правитель. В глазах наследника заискрились холодные нотки, когда он с видимым отвращением отшвырнул от себя свод правил. Ему, убийце собственных братьев, во снах так и видевших, как избавиться от прокаженного братца и лютого соперника, поздно плести льстивые дифирамбы. – Отец-Император прожил всю свою жизнь, вверяя себя народу, отдавая все сердце ему, но я не такой глупец.

Наследный принц усмехнулся, разглядывая спокойные глаза отца, смотрящие как всегда мудро и упрямо, под покровами которых все еще скрывалась надежда, что последнего нелюбимого сына загрызут волки где-нибудь в отдалении, а на трон взойдет человек с чистым сердцем. Но правда в том, что с чистым сердцем Император долго не продержится на троне. Его скорее используют как марионетке, дергая за нитки лживой власти министров. Как это делали министры при его отце, отвадив нерадивого наследника на самый север Империи, с младенчества заставляя жить в невыносимых условиях, с тринадцати лет отправляя на войны, в надежде, что судьба сокрушит его.

— Вы всегда учили меня, что доброе сердце согреет любой холод, но, - он иронически приподнял уголок губ, стряхивая дряблую руку со своего плеча. — Но сердце своего сына Вы так и не прогрели, лишь уничтожив.

Глаза старика резко расширились, когда в воздухе блеснул изящный клинок, остановившись прямо возле беззащитной жилки.

— С детства Отец-Император отчего-то презирал пятого принца, но посмотрите-ка на ситуацию сейчас. Каково это, когда все ваши дети мертвы, кроме ненавистного отродья, - он ласково погладил кончик острого лезвия о шею старика, проводя вниз по груди, пока, наконец, не остановился у самого бешеного бьющегося сердца. — И в детстве я гадал, отчего же, пока не послушал один разговор и не нашел кое-какие доказательства, - он с удовольствием смотрел, как меняется лицо Императора. – Звездой несчастья с самого начала был ваш любимый наследный принц, что был в сговоре с оракулом – ему суждено было уничтожить Империю, а пятой звезде – спасти ее от краха. Вот только судьба такая забавная штука, легким движением она меняет судьбы других и теперь…спаситель становится разрушителем. Как вам такое?

— Ты…

Принц покачал головой и отстранился, убирая лезвие в складки рукавов.

— "Вы", к своему Императору стоит обращаться на Вы, - спокойно поправил он.

Несмотря на всю злость, под пеленой глубокой ненависти скрывалась боль того юнца, мечтающего об отцовской ласке и теплой руке, но тот юнец с каждым годом терял последнюю частичку надежды, пока не принял решение стать сильнее. Взобраться на тигра и погубить драконов, разорвав им крылья, потушить огонь в жилах, заполнив леденящим ужасом.

Пятый принц всегда был непредсказуемым.

Когда его отправили на войну в возрасте тринадцати лет, никто не надеялся на его возвращение. Но он вернулся с мощной армией за спиной, уничтожив Империю всего за два года, подчинив себе чужие земли, отказывающиеся подчиняться кому-то кроме него.

В шестнадцать лет он провернул аферу и собственноручно убил родных братьев, подделав все смерти как несчастный случай.

В двадцать два года, с ворохом заслуг за спиной, он внезапно привез маленького ребенка двух лет от роду, назвав своим сыном

А в двадцать три года сидел на смертном одре Императора, готовый принять на себя обязанности Императора.

— Отец-Император не выглядит удивленным, - скучающе протянул он, гордо расправив плечи, смотря на проглотившего язык старика. — Не стоит беспокоиться, Мин-эр позаботиться об Империи за него и избавит ее от врагов в самом сердце, что не смог сделать прошлый Император.

Принц поднялся и не оборачиваясь прошептал, прежде чем покинуть покои.

— Встретимся в Аду, Отец.

---

| Содержание | Следующая глава